Реформаторство xx века и крестьянский менталитет
Страница 3

Материалы » Менталитет российского крестьянина »  Реформаторство xx века и крестьянский менталитет

Основы этой политики закладывались, во-первых, допущением частника и торговли, и, во-вторых, укреплением крестьянского землепользования, принятием Земельного Кодекса 1922 г. По этим двум направлениям нэп и оказался наиболее продвинутым и успешным: решая насущные хозяйственные задачи, он создавал для производителя известную психологическую уверенность и надежность. Сам факт восстановления рынка явился на первых порах действенным стимулом.

Некоторое время (этому способствовали урожайные годы) взаимодействие плана и рынка еще позволяло поддерживать состояние зыбкого и неустойчивого равновесия между разрушительными и созидательными процессами. Благодаря этому было обеспечено восстановление как бы «вчерне», поскольку качественная сторона отставала от уровня 1913 г. и тем более не соответствовала новым потребностям народного хозяйства. Разрушение крупных крестьянских хозяйств остро поставило проблему товарности, сельскохозяйственного, особенно хлебного экспорта, деревенской занятости и т. д[25]. Государство резко обеднело: национализация промышленности, транспорта и т. п. сделала убыточными многие отрасли народного хозяйства, а ликвидация капиталистического уклада резко сократила возможности накопления производительного капитала в стране.

Институциональная политика базировалась на фундаментальном признании переходности, временности товарно-денежных отношений, многоукладной экономики и допуска «эксплуататорских» классов. Отсюда — отсутствие полноценных рынков земли, капиталов, труда. На практике действовала мобилизационная модель развития — своеобразное самоограничение социализма с соединением экономической и политической власти в лице государства.

«Пролетарское государство» отказывало собственнику в главном — в стабильности, правовой защищенности, законных гарантиях. Ведомственные циркуляры и инструкции практически запрещали свободу выбора формы землепользования (выхода на хутора и отруба). «Правила игры» постоянно менялись: ежегодно пересматривались условия налогообложения или признаки подведения «под кулацкое звание». Это подрывало трудовую мотивацию к труду, препятствовало развитию новых хозяйственных потребностей, перечеркивало предпринимательский риск.

Кооперативное движение развивалось как стихийное, стимулируемое реальным экономическим интересом снизу, чутко отзываясь на всякие перемены. Документы свидетельствуют о росте с/х кооперации: к осени 1927 г. она охватила примерно одну треть или 3 млн. крестьянских хозяйств, далеко не дотянув до 12 млн. дореволюционных. Относительно благоприятные количественные показатели не означали реальных качественных перемен. Вопреки тому, о чем раньше писали мы — советские историки и экономисты, — подгоняя реальность под ленинскую схему развития «строя цивилизованных кооператоров», — внутренняя структура крестьянского хозяйства не менялась в связи с участием в той или иной форме кооперативного объединения. Она оставалась, как показывают массовые аграрно-статистические источники, потребительской и полунатуральной[26]. Такое кооперирование являлось лишь более мягким вариантом огосударствления, не сопровождалось заметным подъемом благосостояния крестьянских дворов и не могло оздоровить крестьянскую психологию.

Параллельное и превалирующее развитие госсистемы кредитования подрывало и дезорганизовывало институт кооперативного кредита. До революции в кредитную кооперацию было вовлечено 60% крестьянских хозяйств, а в 1926/27 г. — лишь 1—2%, причем сумма вкладных средств не превысила 10% довоенных. В 1925 г. личное потребление крестьянина достигло 90% от довоенного уровня, а доля вкладов в с/х кредит — лишь 3%. Во второй половине 20-х годов собственные вкладные средства с/х кооперации составляли не более 30% (до революции свыше 84%).

Факты говорят о том, что проведение строгой классовой линии отбрасывало не только кооперативный принцип равенства возможностей, но и нэповское по сути признание частного интереса. Вот типичное свидетельство вологодского крестьянина Д. А. Васюкова, писавшего в 1927 г. в «Крестьянскую газету»: «Но, к великому сожалению, всех передовых крестьян, стремящихся поднять свое хозяйство по-культурному, одергивают и создают такие условия, что какой бы то ни было передовик не захочет больше продвигать свое хозяйство вперед ., а без заинтересованности передовых крестьян увеличение доходности нашего хозяйства будет стоять на мертвой точке».

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Тенденции и противоречия социально-экономической жизни в СССР во второй половине 1960 – начале 1980-х гг.
14 октября 1964 г. на Пленуме ЦК КПСС Н.С.Хрущев был смещен со всех государственных и партийных постов и отправлен на пенсию. По существу, его смещение отвечало глубоким интересам и потребностям общества. Однако сделано это было тайно от народа, без гласного ...

Сравнительный анализ экономических курсов Ф. Рузвельта и И. Сталина
Две великие державы, с противоположными взглядами на ведение политики, экономики и различным менталитетом, но одинаково жаждущих мировое господство, СССР и США, в начале 20 века ищут пути выхода из кризиса в экономике… Изучая экономические курсы И. Сталина ...

Великая Отечественная Война – Момент истины. Нападение Германии на Советский Союз
На основе разработанного гитлеровским руководством плана «Барбаросса» на рассвете 22 июня 1941 г. фашистская Германия напала на СССР. На стороне Германии выступили ее сателлиты: Румыния, Венгрия, Италия, Словакия и Финляндия. Группировка вооруженных сил фаши ...