DeepHistory

Смерть Сталина открыла дорогу реформам, необходимость которых ощущалась обществом и частью руководителей сразу после окончания второй мировой войны, но которые вряд ли были возможны при жизни вождя. Экономическая и политическая ситуация внутри страны и обстановка «холодной войны» на международной арене формировали ряд узловых проблем (своего рода «болевых точек»), решать которые или реагировать на существование которых пришлось бы так или иначе любому руководству, вставшему у государственного руля в 1953 г. Каждый из «вождей» становился все более независимым и все активнее боролся за власть. Именно эта ситуация и способствовала продвижению Хрущева вверх.

Среди наследников самым сильным, волевым, умным и безжалостным был Берия. Сначала была троица: Маленков, Берия и Молотов. Но в них Берия не видел серьезных соперников. Хрущева же Берия вообще не принимал в расчет – слишком уж тот был для него прост, мужиковат и малообразован. Недооценили. Хрущев же внимательно следил за ходом событий: Д. Шепилов пишет: «Словно безнадежный картежник, одержимый странстью обогащения, пытливо всматривается в лица постоянных игроков, изучает их повадки, прикидывает, как он выведет из игры второстепенных противников, а затем, играя ва-банк, нанесет решающий удар самому опасному партнеру, - так терпеливо готовил свою игру… Никита Хрущев, фаворит Сталина, почитатель Молотова, выдвиженец Кагановича, соратник Булганина, друг Маленкова и Берии, Хрущев… осторожно и подозрительно осматривал поле действия: что же получилось после смерти Сталина?»28

Каким же было место Хрущева в первоначальном балансе сил? Весной и летом 1953 г. он не фигурировал в числе ведущих лидеров партии и государства.

Но в конце концов сформировалась политическая элита в условиях режима личной власти Сталина, представители этого поколения партийной номенклатуры усвоили именно сталинскую модель организации власти, никакой другой они просто не знали.

Таким образом, оформился «во власти» триумвират: Маленков, Берия, Хрущев. Груз прошлого – очевидность, с которой приходилось считаться, выбирая между общественным благом и личной ответственностью: за вершившиеся в стране беззакония.

Кто же все-таки вошел в триумвират после всех переговоров, согласований и борьбы за власть?

Прежде всего Георгий Максимилианович Маленков. По формальным признакам он более подходил на роль преемника Сталина. Маленков делал доклад от имени ЦК на последнем съезде партии в 1952 г., в отсутствии Сталина вел заседания Президиума ЦК и Совета Министров, после смерти Сталина наследовал его пост Председателя Совмина. Еще с конца 30-х г.г. Маленков уже работал в непосредственной близости от Сталина, возглавлял сначала управление кадров ЦК, затем секретариат. Для него, выходца из дворянской семьи, за плечами которого была классическая гимназия, - это была необычная карьера. От других соратников Сталина, по большей части «практиков, Маленкова отличал довольно высокий для этой среды образовательный уровень (он учился в МВТУ) и особый стиль общения с людьми который не раз давал повод упрекать его в «мягкотелости» и интеллигентности». Его называли хорошим организатором. Однако он мог только играть роль первого, оставаясь вторым по сути. Так было в его отношениях с Берией и так могло сложиться (но не сложилось) в его отношениях с Хрущевым. И тем не менее именно Маленков стоит у истоков тех реформ, которые связаны с понятием «оттепель».