DeepHistory

Другой характерной просьбой к московским властям от мещан украинских городов было прошение о предоставлении городам жалованных грамот о «Майдебурском» праве. Так, Полоцк в 1655 г. получил право беспошлинно торговать всеми товарами, в том числе полоцким мещанам позволялось торговать вином и красным питьём, право судиться в ратуше и избирать судей меж себя. [88]

Нежинские мещане жаловались на невыполнение казаками пункта 5 Переяславских статей 1659 года, где установлено «реестровым казакам держать вино, пиво и мёд, а продавать вино бочкою, а пиво и мёд вольно продавать гарцем, а которые вино будут продавать в кварты, и тех карати»3. Магистратские урядники города фиксируют явное стремление полковой канцелярии отнять у бурмистров и райцев право содержания всяких мер товарных и хлебных весов, продажи естных и питейных вещей, чистоты города предосторожности от пожаров.

Что касается торговли, то на украинских землях не имелось преимущественного права какого-либо сословия на её ведение, потому как многие привилегии разным лицам, сословиям и группам взаимно перекрещивались друг с другом. Так, привилегии в торговле имели греки в целом и конкретные лица по личным грамотам. Мещане же при получении жалованных грамот одновременно получали и преимущественное право на ведение торговли. Старшина и казаки в целом при заключении договоров и в силу своего политического господства на Украине также имели права в торговле. Из-за этого мещане жалуются на казачью торговую экспансию: в Чернигове «всякие люби шинкуют питвом, а ничего не платят и на мещанской земле поселившиеся люди и мещанскими землями и грунтами владеючи, ничегож не платят, называючись монастырскими, да на мещанской земле построили многие козаки лавки и их мещанские лавки затеснили и оттого запустели».[89]

В итоге Магдебурское право получили Киев, Переяслав, Нежин (1654) Чернигов, Козелец, Остёр (1655), Стародуб, Мглин, Почеп, Погар, Гадяч (1665). О процессе нескончаемых просьб и жалоб свидетельствует Г.К. Котошихин: в Москву приезжали делегации от священников, мещан и других всяких людей, пекущихся о своих привилегиях, о повышении по службе в лугах, церковных строениях. В качестве награды царь давал жалованные грамоты, деньги и другие привилегии. Так, в марте 1660 года магистратские урядники Нежина просят царя кроме жалованной грамоты ещё и наделить лично их имениями. Войт Карп Цурковский хочет укрепить за ним родовое имение. Осенью того же года райца Нежина Роман Филонов просит дать грамоту на мельницу и пруд.[90]

Однако, далеко не только мещане ездили в Москву с разного рода прошениями. Активно посылали к царю делегации и гетманы, направлявшие к нему полковников, сотников, есаулов. Как правило, они составляли группы от 20 до 100 человек. Интенсивность визитов была очень высокой, только от гетмана в год отправлялось 20 посольств, а со всех полковников – больше 20.[91] Кроме политической составляющей на переговорах не менее значимой была и экономическая. Они просили мельницы, пруды, льгот в торговле вином и проч.

Российское правительство кроме стремления соблюсти по возможности интересы казацкого мещанского и духовного сословий активно интересовал вопрос об украинских переселенцах в московские земли, коих уже в 1654 году насчитывалось от 80 до 100 тысяч человек на Слободской Украине. Часть переселенцев работало на поташных, будных и других промыслах, часть занималась сельским хозяйством. Значительная их доля несла военную службу в порубежных русских городах. Так, в 1653 году насчитывалось «всего в тех городах иноземцев и черкасских начальных людей и рядовых черкас 1300 человек … А на жалование … денег им надобно 6495 рублев с полтиною, а государево жалование дают им ежегодно».[92]