DeepHistory

Произошло это уже почти через полтора года, после немецкой оккупации района, где эта бригада боролась. Но многие другие партизанские отряды и вовсе не имели печатных машинок за всю войну.

Несомненно серьезно мешало советской пропаганде в тылу врага и то, что секретари подпольных первичных организаций не имели опыта агитационной работы. И вообще какой-либо политической работы. Этот недостаток пытались прикрыть частым инструктажом и проверкой работы секретарей подпольных первичных организаций.

Шла и усиленная подготовка пропагандистских кадров, так, например, ссылаясь сведениям из отчета Дунаева, ежедневно с 7 часов утра коммисары отрядов, политруки, секретари парторганизаций прибывают в бригаду и слушают по радио сводку информбюро и читают газету «Правда»

Похожая практика проводится и во многих других партизанских бригадах.

Листовки и обращения партизаны адресовывали не только к населению, но и к советским коллаборационистам, находящимся на службе у немцев. Так, например, в Идрицком районе было составлено «Обращение» к полициям, «украинцам» и казакам, которые размножались в отрядах и разными путями доставлялись к ним. Если верить Дунаеву В.А., то агитация велась даже и среди немцев.

Действовало на территории калининской области большое количество русских коллаборационистов, армянский добровольческий батальон, а так же большое количество немецких пособников из поляков и прибалтийских народов. Русские коллаборационисты набирались не только из местного населения, но и из военнопленных и не только добровольно, но и путем мобилизации.

Для прибалтийских и прочих коллаборационистов обращения писались на родных языках. Особое внимание уделялось латышам, так как по свидетельствам очевидцев их было больше, чем многих других коллаборационистов, за исключением разве что русских. И работали они не только в военных, но и в гражданских отраслях.

Особенно это деятельность усилилась к концу 1943 года, когда немцы из-за больших людских потерь все больше стали привлекать на службу бывших граждан СССР. Так, например, только в Идрицком районе и только в ноябре 1943 года было написано несколько сотен обращений на латышском языке.

Практически каждый месяц писались новые обращения к русскоязычным коллаборационистам, которые в отчетах партизанских коммисаров и секретарей подпольных

именуются «власовцами» и «полицейскими». В основном в виде писем эти обращения доставлялись потенциальным перебежчикам. Если верить партириским источникам, то переходили каждый день почти группами и по одному с оружием и без оружия. 4

Что же до национального состава перебежчиков, то данные здесь противоречивы. В одном случае упоминается о том, что перебегают в основном украинцы и армяне,

а в другом утверждалось, что переходили в основном русские, но было и несколько лиц из прибалтийских народов.

Вероятнее всего, все зависело от конкретных обстоятельств, способствовавших конкретному случаю перехода к партизанам.

Из партизанских источников можно сделать выводы, что письменная и устная пропаганда, подкрепленная вероятно и изменением ситуации на фронтах в пользу СССР давала иногда очень хорошие результаты. Так, например, только в 16-ю Калининскую партизанскую бригаду за май только месяц 1944 года перешло несколько десятков перебежников. Большинство из них – русские. Так же несколько прибалтов.

Крупный переход русских коллобароционистов состоялся в июле 1943 года в Себежском районе. Первоначально в г. Себеж прибыла группа из 120 русских коллаборационистов. В основном это бывший командный и начальствующий состав РККА. Агентура партизан связалась с ними и узнав их настроения предложила бежать к партизанам. Замысел сорвал один полковник, бежавший к партизанам раньше намеченного срока. В результате к партизанам ушло лишь 20 человек. Прочих же разоружили и отослали в Латвию. Перебежчиков распределяли по отрядам, где они давали информацию о врагах.