DeepHistory

Опорой королевской власти в ее конфликте с высшей светской и духовной знатью объективно выступали прослойки средних и мелких феодалов, составлявшие до 75 % от общей массы господствующего класса. Обладая сравнительно небольшими земельными наделами, они стремились извлечь из них максимум доходов путем совершенствования форм хозяйствования, применения самых прибыльных его форм. Поместья мелких и средних феодалов имели тесную связь с рынком, в них преобладала денежная рента, кое-где применялся наемный труд. И в экономическом, и в политическом смысле эта часть господствующего класса являлась носителем прогрессивных тенденций. Из ее рядов формировались кадры государственных служащих, являвшихся ревностными сторонниками государственной централизации. Вместе с тем, среднее и мелкое дворянство стремилось добиться сокращения налогов и поборов в казну, ограничения произвола местной королевской администрации.

Условия экономической жизни сближали интересы среднего и особенно мелкого дворянства с интересами верхушки крестьянства и горожан. Разбогатевшие крестьяне-фригольдеры имели возможность приобрести рыцарское земельное владение и по достижении 20 (впоследствии 40) фунтов стерлингов годового дохода влиться в низшие слои феодалов. Напротив, система майората выталкивала младших дворянских сыновей из категории землевладельцев, заставляла их вливаться в ряды других сословий — духовенства и горожан. В целом, английское дворянство было гораздо более подвижным и менее замкнутым, чем дворянство Франции или Германии. Учитывая это обстоятельство, государственное законодательство не проводило принципиальных различий между дворянскими и недворянскими элементами в среде мелких земельных собственников.

Что касается основной массы крестьянского населения (вилланов), то оно, продолжая выполнять сеньориальные повинности в пользу своих вотчинников, одновременно привлекалось и к выполнению государственных повинностей — налоговой и военной, а также частично вовлекалось в королевскую юрисдикцию.

Городское население, как и на континенте, объективно являлось носителем централизационных тенденций. Наиболее значительные города пользовались самоуправлением; их число к началу XIII в. составляло около 80, а на протяжении столетия возросло еще на 113. Однако раннее развитие в Англии сильной центральной власти обусловило большую зависимость городов от короля, чем это имело место во Франции и Германии. Правительство контролировало избрание городских должностных лиц, располагало правом отнять у городов их привилегии. Недовольство горожан вызывал постоянный рост налогов, размер которых определялся совершенно произвольно. В самих городах углублялось имущественное расслоение, препятствовавшее выработке единой политической линии городского сословия. В целом, в последующих общественно-политических событиях, развернувшихся в XIII в., городское население Англии сыграло существенно меньшую роль, чем та, которая выпала на долю соответствующей социальной категории во Франции.

Таким образом, в начале XIII в. в Англии сложились предпосылки для перехода к новой государственной форме — сословно-представительной монархии. Однако в отличие от Франции, где инициативу реализации этой новой формы взяла на себя королевская власть, английские короли не проявляли готовность привлекать сословия к решению важнейших общественно-политических вопросов. Это объяснялось тем обстоятельством, что проблема политического объединения страны, столь жизненно необходимая для Франции, в Англии вообще не стояла в повестке дня (как известно, в период сеньориальной монархии Англия практически избежала состояния феодальной раздробленности). Усиление государственной централизации также не составляло актуальную политическую проблему, поскольку уровень этой централизации был достаточно высоким и в период господства ленной системы. Поэтому доступ английских сословий к активному участию в политической жизни был достигнут не вследствие добровольного волеизъявления королевской власти, а путем энергичных усилий со стороны самих этих сословий, в ходе острых социально-политических конфликтов, принимавших даже форму гражданской войны. Инициативу борьбы с королевской властью взяли на себя верхи господствующего класса — бароны и высший церковный клир. В отличие от баронских выступлений XI — XII вв., имевших характер обычных феодальных мятежей, общественно-политические движения XIII в. осуществлялись силами широкого общенационального фронта, объединившего в своих рядах не только крупных земельных магнатов, но и прослойки среднего и мелкого дворянства, а также верхушечные категории крестьянского и городского населения. В общем итоге сложившаяся в Англии сословно-представительная система знаменовала собой политическую победу сословий над королевской властью.