DeepHistory

В ходе состоявшихся в РСФСР 4 марта 1990 г. выборов в Советы всех уровней в 16 автономных республиках России были избраны новые составы Верховных Советов[1].

Не менее важным было и то, что обком утратил доверие большинства директоров крупнейших промышленных предприятий республики, особенно нефтяной отрасли. Опираясь на свою экономическую мощь, они уже несколько лет требовали от партийных вождей республики помощи в освобождении от диктата московских министерств, как это сделали ранее некоторые союзные республики[2]. Однако Башкирский обком КПСС боялся конфликтовать с Москвой и Центральным Комитетом партии. Курс местных партократов вошел в противоречие с интересами большинства директорского корпуса республики.

Главным событием начавшихся во властных структурах Башкирии изменений стало избрание на пост председателя Президиума ее Верховного Совета Муртазы Рахимова, который стал, таким образом, главой республики. Рахимов, проработав всю жизнь в нефтяной отрасли, в 1986 г. занял кресло директора Уфимского нефтеперерабатывающего завода, и тем самым вошел в высшую хозяйственную элиту республики[3].

Когда в марте 1990 г. потребовался председатель для только что избранного Верховного Совета, Рахимов оказался идеальным кандидатом на эту должность. Как директор-хозяйственник он, разумеется, состоял в партии, и поэтому был и для промышленной элиты Башкирии, и для коммунистов «своим» человеком.

Рахимов возглавил Президиум Верховного Совета. В советское время этот орган не только влиял на принятие решений парламентом, но и обладал некоторыми исполнительными функциями, включая право руководить Советом министров (правительством) республики. Тогдашний Председатель Совета министров Миргазямов попытался вести собственную игру. По ряду вопросов, особенно о заключении договоров с Москвой, между Рахимовым и Миргазямовым возникли разногласия. Занимая пост главы правительства с 1986 г., Миргазямов накопил значительный опыт взаимодействия республиканской исполнительной власти с высшими органами государственной власти СССР и занимал более осторожную, менее радикальную позицию по вопросу о перераспределении экономических и политических полномочий от центра к регионам. Рахимов, напротив, считал, что идея «суверенитета» должна заменить ушедшую в небытие коммунистическую идеологию[4].

Верховный Совет Башкирии по инициативе Рахимова 11 октября принял свою Декларацию о государственном суверенитете. БАССР торжественно провозгласила себя «Башкирской Советской Социалистической Республикой (Башкирской ССР) – Башкортостаном» и заявила о своем вхождении как в СССР, так и в «обновленную» Российскую Федерацию. В первой статье этого документа, состоявшего из 10 пунктов, было записано: «Земля, недра, природные богатства, другие ресурсы на территории Башкирской Советской Социалистической Республики, а также весь экономический и научно-технический потенциал являются исключительной собственностью ее многонационального народа»[5].

Декларация выражала интересы, как националистических сил, так и местной хозяйственной элиты; в то же время она создала предпосылки для того, чтобы пост Председателя Верховного Совета превратился, наконец, в главную политическую должность республики. Башкирия провозгласила собственную «государственность», и глава этого «государства» теперь должен был стать сильной политической фигурой. Реализацию провозглашенных в Декларации о государственном суверенитете Башкирии целей Рахимов сделал теперь делом всей своей жизни. Отныне суверенитет республики стал для него высшей сакральной ценностью.