DeepHistory

Кавказская война завершилась включением Северного Кавказа в государственное пространство Российской империи. Последовавший за этим период характеризовался более сложным по составу задач процессом вовлечения народов Северного Кавказа в российское историко-культурное пространство. Если более точно обозначить этот процесс, то, очевидно, его можно связать с распространением российского историко-культурного типа на территорию Северного Кавказа, в контексте которого вовлечение местного населения в сферу новых социокультурных отношений можно рассматривать как второстепенную задачу.

Пленение Шамиля в 1859 г. и завершение Кавказской войны в 1864 г. происходят в период социального кризиса в России, что в целом представляет собой известное исключение из правил. То есть, успех военных кампаний - это атрибут восходящих фаз циклов и состояний относительной гармонии. Не случайно, что для современников завершение войны, казавшейся бесконечной, выглядело неожиданно скорым. 21 мая 1864 г., когда капитулировали убыхи в урочище Кбаада, считается датой окончания Кавказской войны. Однако, хотя войну и признали оконченной, «… но она никак не кончалась – отдельные очаги сопротивления русским властям сохранялись до 1884 года» (1). Таким образом, окончательного успеха удалось добиться как раз на восходящей фазе цикла, в состоянии близком гармоничному, что можно признать типичным.

На наш взгляд, не может быть решена проблема истории присоединения горцев Северного Кавказа в контексте вопроса: было ли оно добровольным или нет? То же самое относится и к проблеме освоения Россией Северного Кавказа: колониализм это или не колониализм? При такой постановке вопроса любой исследователь найдёт требующиеся ему доводы и стоящие за ними направления историографии.

Все аргументы противников трактовки процесса расширения российских границ как колониального сводятся к сравнению этого явления с аналогичными процессами на Западе. Разумеется, что Россия во многом иначе строила свои отношения с завоёванными (или добровольно присоединившимися) народами, чем, например, современные ей Англия или Франция. Но почему в качестве критерия оценки должен быть избран собственно западноевропейский колониализм? Потому, что он признан классическим? Позволим себе усомниться в том, что Россия, представляющая собой самобытную и даже уникальную социокультурную общность, историко-культурный тип, а, по мнению многих, – цивилизацию, должна была следовать по пути Запада и быть подобной ему. Колониализм, как и многое другое, имел в России свои особенности, условно говоря, своё лицо. Европейский колониализм может быть определён как экономический, а российский как социокультурный. Средства и условия достижения своих колониальных целей в Европе и России были в главном схожи: а) государственная основа (поддержка); б) избыточное население; в) армия; г) политические методы; д) использование внутренних противоречий колонизуемых народов и некоторое другое. Существенные различия имели конечные цели. Европейские метрополии рассматривали свои «заморские» территории, прежде всего, как источник благосостояния жителей своих государств, а также один из способов интенсивного развития своей экономики. Россия в период становления государственности и формирования основ историко-культурного типа не знала «стиснутости» европейских границ и, соответственно, географической оторванности колонизуемых территорий. Этнокультурные связи переселенцев не прерывались, а распространялись, главным образом, на восток и на юг от мест их исторической родины. Процесс становления российского суперэтноса, впитавшего множество этнических групп, причём далеко не всегда славянского происхождения, определил экстенсивный характер российского колониализма. Применение термина «экстенсивный» к явлению колониализма имеет некую долю условности, однако, с учётом способа расширения этнического ареала русских, а также заметных этнокультурных ассимилятивных тенденций в способах построения данного суперэтноса, вполне допустимо. Другими словами, если для Европы важны были деньги, то для России – земля, а точнее говоря, пространство.