DeepHistory

Большевистское правительство многократно предлагало держа­вам Антанты урегулировать отношения на основе признания взаим­ного суверенитета и невмешательства. Не смущаясь холодным отка­зом, оно с демонстративным энтузиазмом встречало любые, даже самые робкие и диктуемые очевидными тактическими соображения­ми инициативы западных столиц в этом направлении. В их числе предложение президента США Т.В. Вильсона всем правитель­ствам России провести в феврале 1919 г. на Принцевых островах в Мраморном море конференцию для достижения «какого-либо со­глашения или перемирия» (январь 1919 г.). Эти инициативы срыва­лись одна за другой отнюдь не по вине Москвы, что справедливо со­здавало ей в международном общественном мнении миротворче­ский образ.

Наталкиваясь на глухую стену отчуждения и внешнеполитической изоляции, возведенную Антантой вокруг России, советская диплома­тия быстро нащупала там уязвимое место ­– нейтральные страны Се­верной Европы. Уже в 1918 г. РСФСР заключила свыше 20 крупных сделок со Швецией, вела обширную торговлю с Данией. Взаимовы­годное сотрудничество с ними развивалось и в дальнейшем, привле­кая завистливое внимание других европейских государств.

В центре дипломатических усилий Москвы неизменно находились молодые буржуазные республики Прибалтики. В конце концов, их удалось вывести из-под прямого влияния Антанты и тем самым про­рвать кольцо внешнеполитической изоляции новой России. В авгу­сте – сентябре 1919 г. большевистское правительство изъявило го­товность признать независимость этих государств, а вскоре подписа­ло с ними мирные договоры: в феврале 1920 г. ­– с Эстонией, в июле 1920 г.­– с Литвой, в августе 1920 г.­– с Латвией, в октябре 1920 г.­– с Финляндией.

В силу отмеченных выше факторов могущественный антантовский блок так и не смог организовать общий поход всех активных антисоветских сил против России, и на каждом отдель­ном этапе выступала только их часть. Эти силы были достаточно весомы, чтобы создавать серьезные, подчас смертельно опасные угрозы для большевистской власти, но оказывались слишком слабы, чтобы довести борьбу до победного конца.