DeepHistory

В своей практической деятельности исламисты вдохновляются такими историческими примерами, как революция аль-Махди в Судане, борьба санусидов в Ливии, революция Абдель-Кадера в Алжире, Рифская исламская республика в Марокко, участие братьев-мусульман в первой палестинской войне 1948 г., а также в борьбе против англичан в зоне Суэцкого канала, Исламская революция в Иране[3].

Следует отметить, что исламистские движения могут претерпевать существенную трансформацию как в идеологии, так и в политической практике. Но гораздо чаще исламский радикализм легко переходит в политический экстремизм и в терроризм, особенно в районах, где накоплено много оружия, где имеют место конфликтные ситуации.

Международный характер исламистских движений проявляется в том, что многие из них не ограничивают сферу своей деятельности территорией страны своего базирования, совершая операции и на территории соседних с нею стран, а также создают свои филиалы в других странах, в том числе и за пределами мусульманского мира (в Западной Европе, США, Канаде, в Южной Африке). Как правило, они активно сотрудничают с исламистскими группировками вне своей страны.

Как правило, исламистские движения и организации пользуются поддержкой из-за границы, в том числе и государственных структур. Нередко само возникновение того или иного исламистского движения было инспирировано каким-либо заинтересованным государством. Например, организации Амаль и ХАМАС в Ливане возникли и развивали при поддержке соответственно Сирии и Ирана. Национальный исламский фронт Судана и ливанская группировка Хизбалла на ранних этапах своего развития получали помощь от Саудовской Аравии. Боевики различных исламистских движений проходят подготовку в Судане, Иране, Пакистане и некоторых других государствах. Например, по некоторым данным, на суданской территории действует около 20 лагерей по подготовке исламских боевиков из Египта, Эритреи, Эфиопии, Ливана, оккупированных Израилем арабских территорий, Алжира, Туниса и Уганды. Среди инструкторов на этих базах много иранцев, а также афганских моджахедов. Ливия не скрывает того, что оказывает поддержку исламистским движениям в различных странах. Проблема при этом заключается в том, что исламистские организации, создаваемые при помощи, например, Саудовской Аравии, Кувейта, Ливии, в дальнейшем "уходят в свободное плавание", и государства, создавшие их, уже не могут контролировать их деятельность[4].

Исламистские движения нельзя рассматривать как периферийное явление в мусульманском мире. Повсеместная исламизация общества и усиление активности исламистских движений оказывают большое влияние на приоритеты не только внутренней, но и внешней политики правящих кругов даже тех мусульманских государств, которые всегда были сугубо светскими и где религия была отделена от политики.

Повсеместное возрастание роли ислама в общественной жизни и усиление активности исламистских движений оказывают большое влияние на приоритеты не только внутренней, но и внешней политики правящих кругов даже тех мусульманских государств, которые в течение довольно длительного времени были сугубо светскими, и где религия была отделена от политики. Реакция политических элит большинства этих стран на процессы была многоплановой, временами противоречивой: от попыток использовать исламистов в политической борьбе до жестоких репрессий, направленных против наиболее активных участников исламистских организаций. В Алжире, Бангладеш, Египте, Йеменской Арабской республике в конституции вносятся поправки, согласно которым основой законодательства этих государств становится шариат. В Алжире, где долгие годы была однопартийная система, в 1988 г. было разрешено религиозным партиям участвовать в политической жизни.

Лидеры многих мусульманских стран стали более активно использовать исламскую риторику и символы, подчеркивая свою приверженность исламским ценностям, оказывать большую поддержку исламским институтам (школам, университетам, мечетям), более внимательно относиться к исполнению таких обрядов, как молитвы, пост, паломничество. Президент Египта А. Садат в средствах массовой информации начинает именоваться "Господин правоверный президент", король Иордании Хусейн стал подчеркивать свое происхождение из племени пророка Мухаммада, Саддам Хусейн, на совести которого сотни казненных исламских активистов, в том числе духовный лидер иракских шиитов аятолла Мухаммад Б. Садр, также "открыл" свое родство с Пророком. Король Саудовской Аравии заменил свой титул "ваше королевское высочество" на более скромный, но религиозно значимый - "хранитель двух священных городов" (Мекки и Медины). Тунисский президент Зейн Абидин Бен Али и пакистанский премьер Беназир Бхутто совершили паломничество в Мекку сразу после вступления в должность. Под влиянием исламистов повсеместно в мусульманском мире вводятся ограничения или запрет продажи алкогольных напитков, значительно увеличился объем религиозных программ на радио и телевидении.