Новое в научной полемике и этике
Страница 2

Следующую "почтовую дуэль" мне пришлось выдержать уже после распада СССР. В № 2 журнала "Отечественная история" за 1992 г. была опубликована моя рецензия о совместном труде Б.С. Абалихина и В.А. Дунаевского "1812 год на перекрестках мнений советских историков" - рецензия в целом положительная, но с научной полемикой. Оба историка, вероятно, почитавшие собственный труд как непогрешимый шедевр, приняли мою полемику с ними в штыки. Не уловив духа времени, они по-старинке сопроводили выпад против моей рецензии - выпад снобистски пустозвонный, но гневный, оснащенный почти матерной бранью (Троицкий, мол, "фальсифицирует", "непрерывно поносит" и т. д.) - сопроводили его жалобой начальству, на этот раз, в отсутствие ЦК КПСС, - к руководству РАН. Журнал "Отечественная история", подведомственный РАН, опубликовал текст Абалихина и Дунаевского, но дал и мне возможность ответить им в № 3 за 1993 г., где я подчеркнул, что говорим мы на разных языках - и по существу (у меня факты, у них домыслы), и по тону.

Отмечу здесь, что во время "почтовой дуэли" с О.В. Орлик и ее покровителями я предлагал журналу "В мире книг" на роль арбитра любого из трех: не только А.Г. Тартаковского, но и Б.С. Абалихина с В.А. Дунаевским. Андрей Григорьевич, узнав об этом, тогда же меня предуведомил (считаю возможным процитировать письмо одного покойника о двух других; теперь это - исторические документы): "Дунаевский - подхалим, состоит при Ковальченко, лизоблюдствовал перед Нарочницким и я не уверен, что он в состоянии занять честную позицию, тем более, что и дела толком не знает. Абалихин - человек глупый, малообразованный, тесно связанный с Дунаевским, и их позиция будет, мне думается, примерно одинаковой". Вспоминаю здесь, как студенты моего спецсеминара без всякого зла на Абалихина и Дунаевского просто для краткости соединили две их фамилии в одну: Абалдун.

Ту характеристику, которую дал Абалихину Тартаковский, подтвердил посмертно изданный (почему-то в Калмыкии) труд Бориса Сергеевича, очень показательный и с научной, и с этической точки зрения для современной историографии "Двенадцатого года". Его отличительные черты - амбициозная категоричность при малой компетентности и большой предвзятости. Они налицо и в панегирическом предисловии В.Г. Сироткина, который величает Абалихина академиком, не уточняя, что Абалихин был членом академии… города Балашова Саратовской области.

Впрочем, к Сироткину я еще вернусь. А пока - речь об умозаключениях Абалихина. Он не согласен со мной в том, что термин "Отечественная" применительно к войне 1812 г. был введен в научный обиход А.И. Михайловским-Данилевским в 1839 г., ибо, мол, "так называли войну те, кто в грозный 1812 год проливал свою кровь на полях Отечества". Борис Сергеевич так и не понял: мало ли кто и как называл войну где-либо - не об этом речь; в научный обиход ввел термин Михайловский-Данилевский, до него никто из историков ни в каком исследовании "отечественной" войну 1812 г. не называл.

Малая компетентность и большая предвзятость Б.С. Абалихина сквозят в его работе с источниками. Поражаясь "наивности", с которой я определяю численность "Великой армии" Наполеона в Бородинской битве по ведомости, опубликованной Ж. Шамбре, Абалихин (скорее всего, и не лицезревший эту ведомость) сообщает, что она "была составлена 22 августа", т. е. за 4 дня до сражения и потому не важна. А ведь там учтены и те части, которые 21 августа были откомандированы от армии, но присоединились к ней 26 августа, т. е. к самому началу битвы.

Далее. Оспаривая мою ссылку на данные Военного министерства Франции о потерях французов при Бородине, опубликованные П. Денье, Абалихин возмущается: "Такие цифры фигурировали в наполеоновских бюллетенях", а "в русском обществе даже ходила пословица: "Лжешь, как бюллетень". Либо Борис Сергеевич не заглядывал ни к Денье, ни в "бюллетени", либо он все перепутал (трудно сказать, что хуже), но цифры там разные: у Денье - 28 086, в 18-м "Бюллетене Великой армии" - 10 000 человек.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Охранная агентура.
Однако не стоит думать, что кроме провокаторов директор Департамента полиции не смог ничего более придумать. В 1883 году 20 декабря было утверждено составленное Плеве и товарищем Министра внутренних дел, заведующим полициею, командиром Отдельного Корпуса жан ...

Формы колониальной эксплуатации
Во главу угла всей колониальной политики испанской короны было поставлено нещадное ограбление коренного населения колоний. Именно высокоразвитые земледельческие народы древней зоны цивилизаций, вошедших в состав вице-королевств Новая Испания и Перу, приняли ...

Патриции и плебеи в царском Риме
Е. М. Штаерман в статье, посвящённой возникновению древнеримской государственности приходит к выводу, что «начальная эволюция Рима идёт по пути, аналогичному тем, по которым развивались другие стадиально близкие общества»[45]. Возникновение в Риме сословия п ...