Публицистика М. М. Щербатова

Наиболее ярким представителем идеологов дворянства являлся уже упоминав­шийся князь М. М. Щербатов. Это была колоритная фигура. Богатый ярославский помещик, с гордо­стью называвший себя «Рюриковичем», прекрасно образован­ный, владелец большой библиотеки, он хорошо знал француз­скую философию и литературу, обладал ораторским и полеми­ческим талантом. Оттесненный на второстепенные роли новым служилым дворянством и фаворитами, он был готов по любому поводу критиковать действия Екатерины II и ее окружения, в самых мрачных красках рисовал положение страны, давал убийственные характеристики императрицы и ее двора. Щер­батов выступил в Уложенной комиссии в роли лидера дворян­ских депутатов, а после ее роспуска возглавил Герольдмейстерскую контору и одну из коллегий, получил звание сенатора. Автор многотомной «Истории Российской с древнейших вре­мен», он опубликовал ряд исторических документов, после вос­стания Пугачева написал «Краткую повесть о бывших в Рос­сии самозванцах». Вместе с тем он выступал с многочисленны­ми «рассуждениями», «мнениями», «записками», адресованны­ми Сенату и коллегиям. Но большинство его работ отнюдь не предназначалось для правительственных учреждений и печати, так как содержало критику политики и законодательства Ека­терины и могло распространяться только в рукописях.

Наиболее показательно сочинение Щербатова «О поврежде­нии нравов в России», в котором описаны роскошь, фаворитизм, произвол и казнокрадство, царившие при русском дворе. Двору должны были следовать и дворяне, и в этом Щербатов видел причину разорения многих дворянских родов. Он хотел вер­нуться к «простым нравам» предков. Хотя он стоял на реак­ционных позициях, но проведенный им «строгий разбор двор­цового разврата» (Герцен) был так ярок, что книга выглядела как обвинение не только Екатерины и ее окружения, но и всего самодержавно-крепостнического строя. Эта ее особенность сто лет спустя привлекла внимание А. И. Герцена, издавшего в лондонской Вольной типографии это произведение Щербатова вместе с радищевским «Путешествием».

В своих взглядах Щербатов исходил из идеи о решающей роли дворянства и особенно старой родовитой знати как в исто­рии России, так и в ее современной жизни и в ее будущем. Он понимал, что господствующее положение дворян основано на монопольном праве владения землей и крестьянами, и не допу­скал возможности нарушения этого права или отмены какой-либо дворянской привилегии. «Сохрани меня боже и поду­мать,— восклицал он на одном из заседаний Уложенной комис­сии,— чтобы в такое время, когда милость и правосудие царствуют на престоле, дворянство, вместо приобретения ка­ких-либо прав, могло что-либо из оных утратить!»[6]

По мнению Щербатова, о предоставлении крестьянам земли не могло быть и речи. Он уверял, что «российские крестьяне, хотя есть рабы своим господам, но в большинстве случаев до­вольны своими помещиками», которые будто бы пекутся о них, как о детях. Поэтому, продолжал Щербатов, «что бы ни гово­рил естественный закон, оставим лучше крестьян в том состоянии, в котором они пребывают в течение нескольких сто­летий». В России «земледельцев следует понуждать к работе», иначе они «впадут в беспрерывную леность». Эта мысль завер­шается выводом, что крестьянин тем богаче, чем больше поме­щик берет с него оброка и чем больше заставляет его работать на барщине[7].

Для подъема земледелия Щербатов считал необходимым от­дать помещикам государственных и экономических крестьян, создать взамен рекрутской системы «войска поселенные». Он полагал, что только дворяне могли владеть фабриками, пере­рабатывающими сельскохозяйственное сырье. Изображая из себя защитника крестьян, он отстаивал их право заниматься ремеслом и торговлей, но, конечно, только с разрешения поме­щика и только зимой, в свободное время.

Выдавая себя за поборника просвещения, Щербатов в тоже время утверждал, что даже «малое просвещение» крестьян мо­жет привести к «вящим заблуждениям и к духу неподданства», так как «ежели подлой народ просветится и будет сравнивать тягости своих налогов с пышностью государя и вельмож, тогда не будет ли он роптать на налоги, а, наконец, не произведет ли сие и бунта?» «Вышнее просвещение» должно остаться приви­легией дворян.

Щербатов критиковал самодержавие. По его мнению, оно еще мало сделало для расширения прав дворянства, потому что жалованная грамота дворянству сохраняла власть корон­ной администрации, вместо того чтобы полностью передать ее уездным и губернским дворянским организациям. Самодержа­вию, управлявшему страной с помощью бюрократического ап­парата, он противопоставлял самодержавие с Боярской думой, выступал за передачу власти в руки родовитой олигархии.

Общественно-политические идеалы Щербатова наиболее полно выражены в его «Путешествии в землю Офирскую». Это произведение — не что иное, как утопический роман, изображе­ние идеальной, несуществующей страны, куда попадает после кораблекрушения шведский офицер. Но эта вымышленная страна является лишь преобразованной согласно с идеалами Щербатова дворянской, крепостнической Россией. В «земле Офирской» население разделено на замкнутые сословия, где большинство людей — рабы, находящиеся в полной зависимо­сти от «сословия благородных». «Благородные» пользуются ис­ключительным правом владения землей и крестьянами, зани­мают все посты в учреждениях и армии. Система военных по­селений освобождает страну от рекрутчины, создает постоянную армию и обеспечивает быстрое подавление «внутреннего бес­покойства». Во главе управления стоят «вышнее правительст­во» и «совет вельмож» из представителей замкнутой касты ари­стократов, наделенных огромными привилегиями. Монарх на­ходится под их постоянным контролем и не имеет права самостоятельно решать ни одного вопроса.

Социально-экономическое развитие.
Территория Московского государства к концу 10-х годов XVI в. составляла около 2,8 млн. км, население —6,5 млн. человек. Плотность населения в среднем 2,3 человека на 1 кв. км, что, конечно, не стимулировало ускоренного развития земледелия. На Руси XVI в. ост ...

Эволюция наместничьего управления
Местное управление до середины XVI века строилось на основе системы кормлений. Государство подразделялось на уезды - наиболее крупные административно-территориальные единицы. Уезды делились на станы, станы на волости. Впрочем, полного единообразия и четкости ...

Второй заговор Катилины, или движение катилинариев.
В 64 году Катилина вновь выставляет свою кандидатуру на пост консула и опять терпит поражение. На консульство 63 года имелось 7 кандидатур: в их числе Цицерон и Катилина. Кроме них кандидатами были Публий Сульпиций Гальба, Гай Антоний, Луций Кассий Лонгин, К ...